aif.ru counter
Махач ВердиевУма Саадуева 0 152

В чем наше бессилие?

Беда людей в том, что 99% из них смотрят, но не видят

Некогда посещение фотоателье было событием почти праздничным. Люди надевали лучшие костюмы и платья, делали причёски специально для того, чтобы сфотографироваться. Фотографию помещали в рамочку и вешали на стену. Многие наполняли изображениями  близких людей семейные альбомы.

Сегодня в каждой семье есть несколько фотоаппаратов в виде встроенных в мобильные телефоны камер. Кажется, нет ничего проще, чем нажать на кнопку, и снимок сделан. Но почему-то среди множества кадров не находится тех, что приходятся по душе. По словам известного в республике фотокорреспондента Хаджимурада Зургалова, дело не только в доступной возможности сделать снимок, нужно ещё что-то, а что именно, выяснил корреспондент «АиФ Дагестан».

Фото: АиФ

Меня учили видеть

- Хаджимурад Муртазалиевич, на выставке «Душа народа», которая будет проходить до конца апреля, вы представили свои фотографии, которые были сделаны за последние 20 лет. Что эта экспозиция может дать посетителям?

- Мне хочется привлечь внимание общественности к вопросам сохранения и бережного отношения к национальной культуре и традициям, воспитания подрастающего поколения в духе патриотизма и непреходящих духовных ценностей. Чтобы люди знали традиции, историю национального костюма народов Дагестана и России.

Изучая дагестанские наряды, мне стало интересно, сколько же у нас неизученных танцев? Чем глубже копался, тем больше получал информации. Я думал, что то, что я знаю, – знают и другие - немало же научных сотрудников, которые докапываются до истины. Спрашиваю одного, например, что означают узоры на коврах. Ответ: «Ну, просто узоры. Без смысла какого-либо». Я удивляюсь и начинаю собственное изучение ковровых рисунков. Знакомые с детства орнаменты - ромбы, зигзаги, «турецкие огурцы» и прочие загадочные завитушки на коврах, как правило, не просто украшение. Каждый узор имеет смысл. Это наша история, наше достояние, о котором люди не знают. Незнание – это бессилие, так ведь?

Фото: АиФ

- Вы говорите не как фотограф, а как научный работник…

- Недавно прошла выставка в Мексике под названием «Лица России», где были выставлены мои фотографии. Говорят, что они произвели впечатление на посетителей. Я не научный работник, я просто фотограф – я изучаю. Знаете, для меня дома глобусом была тыква, меня учили видеть и слышать. Беда людей в том, что 99% из них смотрят, но не видят, слушают, но не слышат.

С малого возраста меня учили слушать старших. Родом я из села Бацада Гунибского района. Пока я не объездил и не увидел много стран, я ценность своего села не понял. И наш дом находится перед годеканом.(В каждом дагестанском селе есть место, где ежедневно собираются мужчины, и называется оно годекан – прим.кор.). Раньше, по адатам, неженатого человека на это собрание не пускали. Но наш дом располагался рядом с годеканом, поэтому я с детства был среди аксакалов. Они прятали меня под свои тулупы. Бабушка научила меня слушать старших. Она давала мне конфету каждый раз за то, что я приносил ей информацию. Я должен был запомнить имя гостя, весь разговор донести до бабушки. Я любил задавать взрослым вопросы разного характера, даже записывал всё в тетрадь.

- Ну, не зря же вы член Союза журналистов России – детское любопытство дало свои профессиональные результаты.

- Журналист, написав неправду, должен давать опровержение, а я не могу дать опровержений – у меня факты выходят. У фотографа есть фотофакт, и всё. Может быть, из-за этого говорят, что мои работы отличаются от других. Я объездил весь Дагестан, и в конце концов оказывается, что, кроме меня, нашу республику никто не знает. Меня с детства учили знакам. Например, доска – это тарелка с толокном. Ковер для меня – книга.

- Поэтому вас сотрудники музея Дружбы народов России называют по-доброму инопланетянином?

- Да, из-за моих знаний они меня так прозвали. Кстати, я очень многое приобрел, работая в музее. Доктор исторических наук Хаджи-Мурад Доного, художница Анна Самарская – это удивительные люди! В музее, оказывается, не только экспонаты ценные, но и люди.Вы понимаете, все умные люди – они в тени – они не выпячивают своих знаний. Действительно, я встречаю постоянно людей, у которых мне стоит еще учиться и учиться.

Мои работы – это достояние для научных работников, для будущего. Когда горцы переселятся с гор или осовременятся: проведут коммуникации, сделают дороги и начнут строить дома из современных материалов, все былое может исчезнуть. Сегодня приезжают китайцы и изучают Дагестан, из Польши приезжают, изучают наши языки. А почему мы сами не изучаем? Если, приезжая в свое родное село, люди не знают его истории, культуры, то что останется после них потомкам?

Фото: АиФ

Есть «зеркалка» – есть фотограф?

- Слушая вас, вспомнились слова Уинстона Черчилля, фотограф – это историк будущего. И правда, каждый снимок в той или иной мере отображает историческую действительность. Сегодня каждый, кто берет в руки фотоаппарат, считает себя профессиональным папарацци. Вам не обидно?

- Сегодня мало осталось тех, кого можно назвать настоящим фотографом, лично я восхищаюсь профессионалами своего дела - Камилем и Эмилем Чутуевыми. Сегодняшние «щелкочи», я их так называю, которых много стало, не умеют слышать и видеть мир, как его может увидеть только настоящий фотограф, а не «цифровой ремесленник», снимающий по 10 свадеб в неделю. Как-то меня спросили: «Ты знаешь, кто ты?». Я ответил: «Нет, я не знаю, кто я». Мне было 55 лет тогда, и как раз занимался изучением самого себя. Кто я такой? Почему я вижу то, чего другие не замечают, но, как говорится, познай себя и ты познаешь весь мир.

- Мы видим не только красоту в ваших работах, но и трагедии... Вы по собственной воле ставили себя на ту же линию огня, что и главные герои войны. Скажите, Хаджимурад Муртазалиевич, какого цвета война?

- Да, я побывал в горячих точках и увидел страдания всего людского. У нее нет цвета. Есть мрак. Я член Общественного совета при МВД по РД и могу сказать, что люди в погонах хорошо знают историю, хранят ее. Человечество всегда знало, что воин не тот, кто воюет, а тот, кто войну предотвращает. Сегодня деревья сажают, чтобы люди знания получали. Я прошел через все: огонь, воду, военные действия, и знаю, о чем говорю. Я не люблю включать компьютер, заходить в Интернет, потому что там ужасы – там война. Через фотографию я передаю реалии и свое видение.

Фото: АиФ

- Отходя от мрачной темы, перейдем назад в искусство - в этом году вы планируете устроить фотовыставку в Иране. Что вы хотите донести до иранского народа?

- Сегодняшний Иран интересуется Дагестаном – они повернулись к нам лицом. Почему бы не познакомить их со своей культурой: музыкальные инструменты, одежда национальная и так далее. Я буду представлять не просто республику, а Россию – есть проекты, над исторической тематикой работают люди – я не один. Фотовыставка – это мои материалы, а информационной частью занимаются другие люди. Открытие великих тайн улучшит и политическое положение России. Это не просто выставка, а укрепление дружбы и отношений.

Коньяк с Расулом

- Многих волнует вопрос о вашем раритетном москвиче 400-й модели, за которую вам предлагали ключи от нового внедорожника. Не жалеете, что отказались, ведь наверняка ретромобиль требует особого ухода?

- Нет, это же память, опять-таки история. Ее первым владельцем былнародный поэт Дагестана Гамзат Цадаса, после него на ней долго ездил и его сын – мой друг Расул Гамзатов. Этому автомобилю, который не находился в розничной продаже даже в конце 40-х, посвящено стихотворение на аварском языке. Я четыре года назад разбил небольшой парк у памятника Белым журавлям в родовом селе Цадасы, этот автомобиль я получил в благодарность от  жителей Цада. Народному поэту её подарили в 1948-м.

Фото: АиФ

- Это большая честь, как и ваша дружба с легендарным Расулом Гамзатовым…

- Я рисую на лице человека треугольник, и сквозь него, через его мимику, глаза могу читать его. Я следил за Расулом по его лицу. Когда к нему приходили люди, я определял, приятель ему человек или нет. Если из 10 человек был один, который ему неприятен, он, конечно, не говорил ни слова, но по лицу его я всё понимал.

Как-то Расул, увидев свою фотографию, где я его запечатлел в момент, когда он активно жестикулирует, позвонил мне и сказал: «Ты не фотограф, ты художник».

Много было таких оставшихся в памяти незначительных случаев. Однажды он позвонил мне, спросил: «Ты где?». Я ответил: «На работе». Он сказал: «Приезжай ко мне». Приехал я, а он сидит со своим помощником. Спрашивает: «Ты чего будешь пить?». Я отказываюсь, потому что за рулём. На что Расул говорит: «Ты у меня за столом. Коньяк или водка?». Пришлось выпить три рюмки коньяка. По дороге домой сотрудники ГАИ остановили, заметили, что я не трезвый, составили протокол. В объяснительной я написал, что не хотел пить, но Расул Гамзатович заставил. Они посмеялись, отдали мне этот протокол и отпустили.

На следующий день было какое-то мероприятие, на котором я работал фотографом. Меня позвали к столу, я взял фотоаппарат, а мне говорят: «Нет, не фотографировать. Расул хочет с тобой выпить». Я говорю: «Нет, я больше с Расулом пить не буду». Они все удивились, и тут я вытаскиваю протокол, который остался у меня в кармане. Показывают Гамзатову мою объяснительную, он смеется: «Вот с этим протоколом и поезжай». Документ этот я сохранил на память, и до сих пор он лежит у меня.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета

Актуальные вопросы

  1. Как уберечь деньги на карте?
  2. Как правильно выбрать йогурт?
  3. Какое молоко полезнее?
Самое интересное в регионах